Классика

ЛитРес
ЛитРес

Федор Шуруп — Александр Богданов

Федор Шуруп — Александр Богданов

Реарден
«С утра ненадолго поморосил мелкими слезками дождь. Но серое небо, сгустившее низко космы туч, не могло разогнать своей хмурью тех радостных настроений, которые охватили город.  Никогда еще до сих пор воздух не казался таким легким, никогда не дышалось так свободно и радостно, как сегодня.  Газетчики торопко перебегали с угла на угол и рассовывали покупателям пачку телеграмм и газет…»
В избранное

Глава, в которой разрешается не любить Толстого и не понимать Диккенса — Галина Юзефович

Глава, в которой разрешается не любить Толстого и не понимать Диккенса — Галина Юзефович

Откуда берется убеждение, что великая литература делает нас лучше, почему заставлять детей читать «Каштанку» – бесчеловечно и как Толкин (совершенно случайно) стал классикой.
В избранное

Достоевский как ветхозаветный пророк — Владимир Кантор

Достоевский как ветхозаветный пророк — Владимир Кантор

В своем докладе профессор Кантор исходит из того, что русская литература была в высшей степени пророчественная. Из русских писателей таковым можно назвать, прежде всего, Достоевского.  Пророк – это посланец Бога, пришедший показать своему народу его пороки. Именно это и делал в своих романах Достоевский, призывая народ к лечению христианством. Пророков, как известно, побивали камнями. И Достоевский далеко не сразу был осознан как великий учитель. Пророчество требует большого исторического времени, чтобы быть усвоенным.  Лектор – Владимир Кантор, писатель, доктор философских наук, ординарный профессор, заведующий Международной лабораторией исследований русско-европейского интеллектуального диалога НИУ ВШЭ, автор нескольких десятков монографий и книг прозы.
В избранное

Каторжная жизнь. Диагнозы Чехова и публицистов его времени — Елена Пенская

Каторжная жизнь. Диагнозы Чехова и публицистов его времени — Елена Пенская

Уникальным «миром» назвал русскую каторгу XIX века Ф.М. Достоевский в «Записках из Мертвого дома», где сказано, что в остроге «был свой особый мир, ни на что более не похожий, тут были свои особые законы, свои костюмы, свои нравы и обычаи, и заживо Мертвый дом, жизнь – как нигде, и люди особенные». «Морфология» каторги и ссылки как метка российской реальности, «страшный опыт» XX века – эти темы будут обсуждаться на примере таких крупных текстов, как чеховский «Остров Сахалин», «Каторга» В.М. Дорошевича и др.  Лектор – доктор филологических наук, профессор, декан факультета филологии НИУ ВШЭ Елена Пенская.
В избранное

Николай Гумилев на фоне Серебряного века — Аполлон Давидсон

Николай Гумилев на фоне Серебряного века — Аполлон Давидсон

Николай Гумилев – не только один из лучших поэтов Серебряного века, но и путешественник, исследователь Африки. И воин – участник Первой мировой войны, награжденный боевыми орденами. Организатор петербургского Цеха поэтов и кружков молодых поэтов, его учеников. Переводил стихи известных западных поэтов.  В 1921 году обвинен в антисоветском заговоре и расстрелян. До весны 1986 года его имя было под запретом.  Лектор – академик РАН, ординарный профессор НИУ ВШЭ Аполлон Борисович Давидсон, автор трех книг о Гумилеве и Серебряном веке. Он не только собирал опубликованные и архивные сведения, но и беседовал с Ахматовой, Одоевцевой, Берберовой, Рождественским.
В избранное

Как, когда и почему Иван Андреевич Крылов стал «дедушкой Крыловым»? — Екатерина Лямина

Как, когда и почему Иван Андреевич Крылов стал «дедушкой Крыловым»? — Екатерина Лямина

В чем уникальность биографии Крылова? Как он, человек без семьи, стал дедушкой? Что подавалось на его юбилейном обеде и кто его поздравлял? Почему он первым из литераторов удостоился памятника в столице Российской империи? Почему именно его басни до сих пор учат в школе наизусть?   Лектор – Екатерина Лямина, кандидат филологических наук, ведущий научный сотрудник Государственного архива Российской Федерации, профессор школы филологии факультета гуманитарных наук НИУ ВШЭ.
В избранное

«Двойные мысли» и психологические открытия Ф.М. Достоевского — Елена Пенская

«Двойные мысли» и психологические открытия Ф.М. Достоевского — Елена Пенская

Профессор Пенская расскажет о «двойных мыслях» Достоевского – наиболее простом выражении того, как герои скрывают от себя то, что на самом деле уже знают и видят. Читательские прозрения, психологические открытия, столкновение несовместимых пластов: дневники, журналистика, художественная проза.  Кроме того, лектор уделит внимание феномену, который можно назвать «рожденные Достоевским», ведь Федор Михайлович в значительной степени повлиял на русское поэтическое сознание 1900-1940-х годов.   В нем Совесть сделалась пророком и поэтом,    И Карамазовы и бесы жили в нем, –    Но что для нас теперь сияет мягким светом,    То было для него мучительным огнем.     И.Ф. Анненский     Тоскуя в мире, как в аду,    уродлив, судорожно-светел,    в своем пророческом бреду    он век наш бедственный наметил.     В.В. Набоков    Лектор – Пенская Елена Наумовна, доктор филологических наук, профессор, руководитель Школы филологии факультета гуманитарных наук НИУ ВШЭ.
В избранное

Тоска по бытию: Чехов и Платонов — Владимир Порус

Тоска по бытию: Чехов и Платонов — Владимир Порус

Тоска – важнейшая бытийная характеристика культурного кризиса. Лектор проиллюстрирует это, сравнив произведения А.П. Чехова и А.П. Платонова. Тоска чеховских персонажей – это мироощущение людей, живущих в канун катастрофы – «у края культуры». А тоска героев Платонова – реакция на культурную катастрофу, на подавление жизни «идеями», претендующими на абсолютную власть над людьми.  Способен ли современный человек ощутить тоску, подобную той, какая владеет чеховскими и платоновскими персонажами? Близки ли его душе их переживания? Обсудить эти и другие вопросы можно будет в ходе лекции, задав вопросы непосредственно лектору.   Лектор – доктор философских наук, профессор, руководитель Школы философии НИУВШЭ Владимир Натанович Порус.
В избранное

Чем жизни путешествие короче, вокзальная милее суета — Елена Пенская

Чем жизни путешествие короче, вокзальная милее суета — Елена Пенская

Речь пойдет о том, как выглядела литературная география русских путешествий за границу – послереволюционных, довоенных, времен оттепели, перестроечных; как менялись оптика и способы описания «другой земли или другой страны». Путешествие добровольное или изгнание… Этот вопрос также будет обсуждаться в связи с темой русской эмиграции, особенно остро и болезненно осознанной в XX веке.  Лектор – Пенская Елена Наумовна, доктор филологических наук, профессор, руководитель Школы филологии факультета гуманитарных наук НИУ ВШЭ.
В избранное

Имперский либерализм, или Правда Михаила Каткова versus русское общество — Владимир Кантор

Имперский либерализм, или Правда Михаила Каткова versus русское общество — Владимир Кантор

Русский либерализм в девятнадцатом веке был тесно связан с государством, ибо возник в результате тех европейских свобод, которые дает власть. Как писал Пушкин, правительство – единственный европеец в России.  Один из самых ярких мыслителей и деятелей либерального круга – Михаил Катков. Начав вместе с Белинским, пережив знаменитый семилетний период репрессий, с началом царствования Александра Второго он возвращается в литературу, издает самый знаменитый журнал тех лет «Русский вестник», в котором печатались лучшие русские писатели, пропагандирует классические гимназии, чтобы создать слой истинно европейских русских людей. Но от просвещенного либерализма, он – для защиты либерализма – переходит к активной защите империи.   Лектор – Владимир Кантор, писатель, доктор философских наук, ординарный профессор, заведующий Международной лабораторией исследований русско-европейского интеллектуального диалога НИУ ВШЭ, автор нескольких десятков монографий и книг прозы.
В избранное

Безумие в русской культуре и литературе первой половины XIX века — Михаил Велижев

Безумие в русской культуре и литературе первой половины XIX века — Михаил Велижев

Михаил Велижев
Понятийная система русского языка XIX века, на первый взгляд, не содержит никаких секретов и чрезвычайно близка сегодняшнему словоупотреблению. Между тем зачастую оказывается, что привычные для нашего слуха категории в прошлом имели совсем иное значение, связывались с социальными и литературными практиками, не имеющими аналогов в современной культуре. Одному такому понятию и посвящена настоящая лекция. Лектор расскажет о том, какие литературные и политические ассоциации могли возникать у русского образованного человека первой половины XIX века в тот момент, когда он сталкивался с концептом «безумие» (как, например, в случае с комедией Грибоедова «Горе от ума» или приговором Чаадаеву 1836 года).  Лектор – Михаил Велижев, PhD, кандидат филологических наук, профессор факультета гуманитарных наук, преподаватель школы филологии НИУ ВШЭ.
В избранное

В лесах (часть первая) — Павел Мельников-Печерский

В лесах (часть первая) — Павел Мельников-Печерский

Людмила Солоха
Манящие лесные дали Заволжья, скрывающие в своих урочищах раскольничьи скиты с их потаенной жизнью. Вольно текущая Волга… Настоящая, исконная, старозаветная Русь, буйная в веселье, безудержная в грехах, истовая в раскаянии. Всему здесь найдется место – и пьянству, и легкости нравов, и изуверству. Но тем ярче живым, чистым блеском сияет настоящая любовь, подлинная вера, красота человеческой души.
В избранное

Парадокс — Владимир Короленко

Парадокс — Владимир Короленко

Дульсинта
«Для чего собственно создан человек, об этом мы с братом получили некоторое понятие довольно рано. Мне, если не ошибаюсь, было лет десять, брату около восьми. Сведение это было преподано нам в виде краткого афоризма, или, по обстоятельствам, его сопровождавшим, скорее парадокса. Итак, кроме назначения жизни, мы одновременно обогатили свой лексикон этими двумя греческими словами…»
В избранное

Неистовый Роланд — Александр Вельтман

Неистовый Роланд — Александр Вельтман

Ольга Ирис
Трагикомическая ситуация повести Александра Вельтмана «Неистовый Роланд» сразу же напомнит читателю сюжет гоголевского «Ревизора». Вельтман строит рассказ, стараясь придать ситуации возможную достоверность. И внешний вид, и речи находящегося в бреду актера Зарецкого убеждают чиновников, что перед ними важная персона, скорее всего – генерал-губернатор. Тут и открывается вся отвратительная неприглядность жизни провинциального города – казнокрадство, беззаконие, невежество, дикая грубость. И стоило антрепренеру узнать бедного актера, как на Зарецкого обрушивается гнев местного общества во главе с городничим.
В избранное

Насупротив!.. — Александр Левитов

Насупротив!.. — Александр Левитов

Nikey MC
«…Хотелось поскорее добраться до ночлега, потому что совсем свечерело и в воздухе ощутительно распространялись прохлада и тишина ночи.  Впереди меня, в влажном от вечернего тумана воздухе, неясно рисовались крыши деревенских изб…»
В избранное

Под шум вьюги — Александр Эртель

Под шум вьюги — Александр Эртель

Галина Малина
«Большие стенные часы безукоризненно отбивали такт. Они одни только нарушали сумрачную тишь, окружавшую меня, – они да смутный шум вьюги, бушевавшей за окнами…  Тоска одолевала меня…»
В избранное

Сказание о Флоре, Агриппе и Менахеме, сыне Иегуды — Владимир Короленко

Сказание о Флоре, Агриппе и Менахеме, сыне Иегуды — Владимир Короленко

Роговин Илья
Короленко Владимир Галактионович (1853–1921) – русский писатель, публицист, общественный деятель, почетный академик Петербургской и Российской АН.  Убежденный правдоискатель и защитник гонимых, Короленко ценил в людях неудовлетворенность жизнью, постоянное движение, даже если цель не осознана до конца. Почти все его рассказы созданы на основе пережитого или виденного самим писателем, и в их центре – непокорившийся человек.  «Сказание о Флоре, Агриппе и Менахеме, сыне Иегуды» написано в 1886 году и тогда же напечатано в «Северном вестнике», № 10. Рассказ полемически направлен против толстовской проповеди непротивления злу насилием.
В избранное

Классика украинского рассказа (сборник) — Коллектив авторов

Классика украинского рассказа (сборник) — Коллектив авторов

Александр Котов
Роль классической литературы в жизни каждого без исключения человека невозможно переоценить. Именно из классики мы узнаем о прошедших эпохах, традициях, быте и нормах поведения прошлого. Причем рассказано это не сухим языком исторических фактов, а в буквальном смысле от первого лица, от лица людей, ставших очевидцами или даже непосредственными участниками описываемых событий. Украинская классическая литература в этом отношении не исключение. Она подарила нам великие имена, огромный пласт культурного наследия, внесший бесценный вклад в сокровищницу мировой литературы.   Марко Вовчок «Козачка»  Михаил Коцюбинский «Лошади не виноваты»  Лесь Мартович «Войт»  Панас Мирный «Сон»  Иван Франко «Лесихина семья», «Под оборогом», «Хороший заработок»  Тарас Шевченко «Музыкант»  Сергей Степняк-Кравчинский «Сказка о копейке»  Владимир Короленко «Река играет»  Василь Стефаник «Синяя книжечка»  Марко Черемшина «Так и быть, простим им воду»  Архип Тесленко «Любовь к ближнему»    ©&℗ ИП Воробьев   ©&℗ ИД СОЮЗ
В избранное

Эротида — Александр Вельтман

Эротида — Александр Вельтман

Орлова Анастасия
Разносторонность интересов и дарований Александра Фомича Вельтмана, многогранность его деятельности поражала современников. Прозаик и поэт, историк и археолог, этнограф и языковед, директор Оружейной палаты, член-корреспондент Российской академии наук, он был добрым другом Пушкина, его произведения положительно оценивали Белинский и Чернышевский, о его творчестве с большой симпатией отзывались Достоевский и Толстой.  В повести «Эротида» мы узнаем о стремлении автора противопоставить надуманным сюжетам животрепещущую тему реальной жизни. Она названа во вступлении: «На что женщина может решиться из любви». Однако знакомство с повестью убеждает, что проблемы, затронутые в ней, дают возможность гораздо шире и глубже исследовать причины трагической судьбы молодой женщины.
В избранное